Фотографии советской Украины с 1919 по 1991 год.

В гостях – знакомые и одноклассники. Москва, Свиблово, ул. Седова, 7к1. Фотограф – Вадим Баш. Автор выставки – Вадим Рогге.

В 1929 году Владислав Микоша поступил на операторский факультет Государственного техникума кинематографии (нынешнего ВГИКа). Уже после второго курса он начал работать оператором на киностудии «Союзкинохроника» — снимал Первую Альпиниаду Рабоче-Крестьянской Красной Армии (1933), спасение челюскинцев (1934), перелеты Валерия Чкалова и Михаила Громова в Америку (1937). Микоша был единственным оператором, запечатлевшим на кинопленку разрушение храма Христа Спасителя (1931). В 1936 году, уже серьезно увлекшись фотографией, Микоша стал штатным фотокорреспондентом газеты «Известия». В мае 1940 года в Центральном доме кино открылась его персональная фотовыставка. Война вернула Микошу к работе кинооператора. Он документировал оборону Одессы, Севастополя, Северный и Атлантический конвои, бомбежку Лондона, гибель Керченского десанта, освобождение Кавказа и Крыма, Румынии, Болгарии и Польши, подписание капитуляции Японии на линкоре «Миссури». Cнятые им кадры вошли в документальные фильмы — «Черноморцы», «День войны», «Битва за Севастополь», «Парад Победы», «Освобождение Варшавы», «Разгром Японии» и др. Помимо создания выдающихся фронтовых киноработ и фоторепортажей, Владислав Владиславович писал статьи — его репортажи печатались в «Правде», спецкором которой он был всю войну. После войны Микоша как фотокорреспондент снимал в основном для журналов – «Огонька», «Советского Союза», «Вокруг света». Был оператором и режиссером Центральной студии документальных фильмов. Написал несколько книг воспоминаний – «С киноаппаратом в бою», «Рядом с солдатом», «Годы и страны. Записки кинооператора», «Я останавливаю время». Оставаясь беспартийным, он стал трижды лауреатом Сталинской премии, лауреатом Государственной премии СССР, народным артистом СССР и академиком Российской академии кинематографических искусств «Ника». Вдова фотографа Джемма Фирсова передала Мультимедиа Арт Музею архив Владислава Микоши, который выделен в отдельный музейный фонд.

Война, митинг, эсперанто, вскрытие мощей, женщины-полицейские, субботник... Каким был второй год жизни России «без царя».

Празднование 8 марта с 1917 по 1984 год.

Исторически сложилось так, что на Руси нагота и секс не были связаны между собой напрямую. Испокон веков мужчины, женщины и дети вместе ходили в баню. Когда в 1661 году посол римского императора Августин Майерберг посетил Россию он написал: «В общественных банях бывают в большом числе и женщины простого звания… смешавшись с мужчинами и нисколько не считая за важность выставлять их нахальным взглядам свою наготу, возбуждающую любострастие». Русские, конечно же, смотрели на наготу иначе. Совместный поход в баню носил скорее экономические соображения: баня зимой остывает быстро, а дважды ее топить – дров не напасешься. В старину крестьяне обоих полов спали нагими. Даже зимой вся одежда снималась перед сном, иногда ею накрывались сверху. В слове «одеяло» и до сих пор сохраняется след от этого обычая. Пословицы говорили «греха бойся, остальное видывали». Еще в конце XIX века в крестьянско-купеческой среде со смехом воспринимали барский, иностранный обычай спать в рубахах, а не нагими – «видать под рубахой нет ничего, аль сам хозяина не страшится». Купание в водоемах, совместные общественные бани, а также некоторые, связанные с народными верованиями обряды, представляли собой основные случаи допустимой публичной наготы и не нарушали «чина». Говоря о том, почему в 20-30 годах XX века огромное количество советских людей загорало и купалось обнаженными, можно упомянуть бурно развивающееся в Германии движение FKK – Freikörperkultur (культура свободного тела). Возможно, определенная прослойка прогрессивных людей того времени оглядываясь на Европу, брала пример с немцев. Но большинству представителей советского рабочего класса было не до Германии. Они часто проводили время привычным для их предков способом – без одежды. Так делали их родители, бабушки и дедушки. Дань традиции, которую очень сложно забыть... Автор выставки: пользователь Leonoro Karel.

«В конце лета 1915 года я держала экзамены… и поступила в 1-й класс частной гимназии Любимовой. Помню экзамены: закон божий, русский (диктант), арифметика, география, языки французский и немецкий… Классы были как в теперешних школах, коридоры тоже. Только во втором этаже был большой зал, и в нем большая, во всю стену, картина – Христос, благословляющий детей. Каждое утро ученицы выстраивались шеренгами перед этой картиной-образом и пели молитвы. Хор был довольно слаженный, и петь нам нравилось. Пели мы "Царю небесный", "Спаси, Господи, люди твоя", еще что-то – я уж не помню… Учиться в гимназии мне и нравилось, и не нравилось. Нравилось, что учителя ко мне хорошо относились, что учение давалось легко, без надрыва. Нравился класс, он был хороший, дружный, без ябедничества, без ссор. Классную даму нашу Анну Аполлоновну мы не очень любили – за сухость и ворчливость, но, в общем, я шла в гимназию с охотой. …и все-таки гимназия мне мешала. Она мешала мне читать. Я тогда уже глотала множество книг, и мне не нравилось, что приходится откладывать интересное чтение для того, чтобы зубрить названия каких-то городов или решать задачу о путешественниках, идущих друг другу навстречу».