Из истории бодрящего напитка.

К лету 1941 года Германия имела около 3,5 тыс. танков в составе четырех танковых групп, тогда как у СССР на западных рубежах было свыше 12 тыс. машин. Автор выставки: Алексей Миронов.

Городовые, постовые, регулировщики, стражи порядка – на службе в любую погоду и в любое время.

В 1980-е фотолюбительство стало массовым увлечением. Судя по нашему архиву, в 80-е фотографировали в два раза чаще, чем в 70-е. Снимали, в основном, на Зениты, ФЭДы и ЛОМО. Круг сюжетов тот же – дети, семейные праздники, походы, пейзажи, путешествия, – но свободы в этих карточках намного больше, чем в предыдущем десятилетии.

Качели были одним из самых простых удовольствий для детей в прошлом. Даже сегодня легче всего отвлечь детей от гаджетов можно с помощью качелей. Да и взрослые, иногда тайком обожают на них покачаться. Автор выставки – Александр Вадимович Бунькин.

Неотъемлемой частью работы музея-заповедника «Томская писаница» является организация и проведение традиционных и календарных праздников как на территории музея, так и в близлежащих селах. Фотографии из архива музея-заповедника «Томская присаница». Автор: научный сотрудник Марина Муршидова.

Жил в Советском Союзе художник Вадим Абрамович Сидур (1924–1986), творчество которого порой шокировало даже близких ему людей. Называя себя художником «эпохи равновесия страха» и обладая тонким трагическим мироощущением, он воплощал в своих работах не только бесконечные человеческие страдания, размышления о жизни и смерти, «современное состояние» времени, но и новый эстетический стиль беспокойства о сохранении человеческого облика, сострадания, любви. Вадим Сидур принадлежал к поколению, на долю которого выпало множество испытаний; сам художник пережил в детстве голодомор, получил тяжелое увечье на войне, пережил смерть многих родных и близких. Он принадлежал к поколению, в котором была жесткая культура молчания обо всех страданиях, которые оно пережило и продолжало переживать. В послевоенной Москве Вадим Сидур назвал себя «пришельцем с другой планеты». Действительно, многие его скульптуры, связанные с войной, жестокостью, злобой, насилием, словно созданы в другом измерении, созданы будто в снах, не поддающихся рациональному объяснению, но содержащих пророческие напоминания, предостережения. Официальная власть к подобным снам и напоминаниям относилась с неприязнью. Художник уединился в подвальной мастерской, чтобы без оглядки на эту власть создавать то, что он считал нужным, получая единственную награду – общение и взаимную поддержку тех, кому было небезразлично его творчество, тех, кто так же без оглядки на власть шел в его мастерскую.